Джанфранка Бевилаква: Итальянцы обожают русское искусство во всех его проявлениях

В то время, когда Италию, как и всю Европу, мучает аномальная жара, отношения Рима и Москвы напротив переживают «ледниковый период». Заняв позицию адвоката киевского бандеровского режима, итальянская правящая элита пошла по пути тотальной «отмены» всего русского. Но означает ли это, что данные ксенофобские шаги поддерживают все жители Апеннинского полуострова?

Об этом хороший друг нашего издания Ирина Вихорева расспросила итальянского адвоката, преподавателя права в лицее города Ламеция-Терме Джанфранку Бевилаква.

 – В России известно, что итальянцы с уважением относятся к могилам советских солдат, сражавшихся в итальянских партизанских отрядах против нацистов, заботятся о них. Что помогает вам, в отличие от жителей стран Балтии, Польши и Украины, сохранять историческую память?

– Ответ содержится в нашей Конституции, которая непосредственно вытекает из движения Сопротивления и является результатом объединения очень разных сил, сумевших найти компромисс, приведший к великолепному результату. Наша Республика не забывает о погибших иностранцах, в том числе о русских.

– Иногда можно услышать, что в европейских учебниках истории Россия почти не упоминается как победительница Гитлера. Это правда?
– Это не совсем так. Однако, к сожалению, верно то, что вклад России преуменьшается, поскольку предпочтение отдаётся западной версии событий.

– Не так давно разразился скандал вокруг Венецианской биеннале, а точнее — вокруг приглашения, направленного российским участникам. Насколько важен для итальянцев фактор российской культуры?
– Это очень важно: итальянцы обожают русское искусство во всех его проявлениях. Но бывает, что некоторые итальянцы порой слишком сильно и необоснованно поддаются влиянию политических событий, которые не имеют никакого отношения к культуре.

– На итальянской Паралимпиаде 2026 года впервые за много лет сборная России была представлена с флагом, гимном и национальными символами. Как на это отреагировали обычные итальянцы?
– Реакция, в абсурдной атмосфере нынешней эпохи: с одной стороны, одобрение «нейтрального» участия (россиян) в Олимпийских играх, исходя из того, что отдельные спортсмены не должны нести ответственность за политические решения, но, с другой стороны, – возмущение в связи с использованием российских символов на Паралимпийских играх.

– В Италии проживает многочисленная украинская диаспора. Оказывает ли она влияние на общественные процессы?
– Да. Поскольку эта сфера преимущественно женская, она была включена в систему социального обеспечения, в первую очередь в сфере домашнего ухода. Однако до подлинной интеграции ещё далеко.

– Как вы оцениваете отмену по политическим мотивам концертов россиян в Италии – дирижёра Гергиева, пианиста Романовского и оперного певца Абдразакова?
– Нынешнее правительство смешивает политику и культуру. К счастью, значительная часть общественности, а также культурные объединения резко осуждают такую линию и считают её недопустимой цензурой, которая несправедливо затрагивает российских художников и шедевры, что, безусловно, не способствует развитию диалога, дипломатии и усилиям по умиротворению.

– Считается, что Италия является излюбленным местом нелегальных мигрантов. Находит ли эта тенденция какое-либо отражение в повседневной жизни: в языке, традициях, религии, преступности?
– Нельзя отрицать сильное влияние, которое наиболее заметно в крупных городах. На уровне языка и традиций всё чаще наблюдается своего рода смешение и почти слияние слов и выражений, а также, например, традиционных блюд и способов их приготовления. Что касается религиозной практики, то она (миграция) способствовала росту многоконфессиональности и парадоксальным образом укрепила светский характер нашей страны. Если говорить о преступности, то цифры свидетельствуют о росте, но это относится, в основном, к мелким правонарушениям.

– Джанфранка, в своей работе Вы ежедневно общается с молодым поколением итальянцев. Каково это поколение? Что оно любит, а чего не принимает? Интересуются ли итальянские молодые люди общением со своими российскими сверстниками, российской культурой и, в целом, страной под названием Россия?»
– Мне они кажутся прагматичными — порой даже слишком! «Цифровыми», осознающими частые манипуляции, жаждущими Истины или, по крайней мере, разнообразия информации. Они любят музыку, путешествия и социальные сети, при этом отвергают ярлыки, неравенство и нестабильную занятость. Интерес к России ощущается более интенсивно на университетском уровне, тогда как на более низких ступенях образования он слишком зависит от геополитической обстановки, что охлаждает естественное любопытство.